РУС | УКР | EN | DE



О нас

О нас / О нас пишут / Собачья радость

Собачья радость

Николай Полищук, Weekly.ua | 17.02.2012
Энтузиасты из Гостомеля своим примером доказывают, что властям было бы дешевле содержать приюты для бездомных животных, чем службы их отлова.

Eвропейские защитники животных обеспокоены ситуацией с бездомными собаками в Украине. Например, во Львове только в прошлом году зафиксировано 150 случаев отравления дворняг. А в Харькове собак не только травят и сжигают заживо, но и снимают все это на видео. В начале года жуткие кадры оказались в распоряжении экологов и были продемонстрированы широкой общественности. После их просмотра говорить о положительном имидже нашей страны не приходится.

При этом в украинском обществе не существует единой точки зрения на решение проблемы бродячих собак. Одни выступают за то, чтобы любой ценой убрать их с улиц городов. Другие требуют защитить их от жестокости работников муниципальных компаний по отлову бездомных животных. Компромиссом может стать создание специальных приютов вблизи крупных городов. Подобное учреждение уже работает под Киевом.

700 кг мяса в день

Найти приют Киевского общества защиты животных можно по звукам. Из бывшего коровника на окраине Гостомеля доносится лай, который слышен за километры.

Хозяйку заведения Асю Серпинскую нам приходится некоторое время ожидать у входа. Она занята решением обычных проблем: размещает выводок щенков, подброшенных ночью, затем с кем-то договаривается о доставке питьевой воды — из-за сильных морозов в приюте замерзли трубы. Четвероногие обитатели приюта выглядят вполне добродушно, но Ася Вильгельмовна просит соблюдать осторожность — случалось, незнакомые люди уходили домой с разорванными брюками. Действительно, когда заходишь на территорию бывшей фермы и к тебе бросаются десятка два овчарок, становится немного не по себе.







В приюте восемьсот собак, и хозяйка, кажется, знает каждую — и ее биографию, и характер, и привычки. «Эту, — говорит Серпинская, указывая на огромную овчарку, облизывающую ее руку, — нашли на обочине дороги с проломленным черепом. А вот тех подбросили еще щенками под двери приюта, от кого-то отказались хозяева».

Конечно, содержать восемьсот собак с разными характерами, да еще и так, чтобы они не покалечили друг друга, трудно. Расселение псов — целая наука. Живут они компаниями в боксах внутри коровника или в уличных вольерах — на аккуратных площадках приблизительно пять на пять метров, огороженных сеткой-рабицей. В каждом вольере есть будки на четверых животных, миска для горячей еды. Компания для каждой собаки подбирается с учетом ее характера. Более агрессивные попадают в одни вольеры, миролюбивые — в другие. Решая, кого с кем поселить в одной будке, поневоле станешь хорошим собачьим психологом. А с учетом такого большого хозяйства, еще и бухгалтером, экономистом и даже пиар-менеджером.

Операционная в коровнике

Надо сказать, что бывший коровник восстановлен исключительно силами энтузиастов. Штатных работников здесь всего четверо, зарплаты у них невелики, остальные — волонтеры. За счет бюджета животных прививают от бешенства и других болезней, этим помощь властей исчерпывается. Зато именно здесь членам Киевского общества защиты животных удалось сделать то, что уже который год не получается в государственном приюте для животных в соседней Бородянке, — оборудовать ветеринарный госпиталь на 64 пациента. Здесь проводят бесплатную стерилизацию не только собак из приюта, но и бездомных.

В беседе с нами Ася Серпинская опровергает расхожее мнение о том, что украинские частные приюты для животных существуют за счет зарубежных грантов. В Украину действительно достаточно часто приезжают представители западных природоохранных организаций, но до Гостомеля добираются немногие. Единственная реальная помощь западных коллег — обустройство операционной, ведь немало животных попадают сюда с различными травмами — кого-то сбила машина, кого-то сознательно покалечили люди. Ветеринарная операционная и манипуляционная с белым кафелем на стенах, капельницами и операционным столом была бы похожа на обычную, для людей, если бы, конечно, не ее маленькие, почти игрушечные габариты.

Основные же инвесторы приюта — киевляне. Не так давно благотворительную акцию в поддержку учреждения провел еженедельник Kyiv Weekly, отметивший свое десятилетие. Собранных денег хватит, чтобы обеспечить животных, съедающих в день почти 700 килограммов мясных продуктов, питанием на несколько месяцев.

Но если иностранцев среди спонсоров приюта немного, то желающие забрать домой собаку или кошку из Гостомеля находятся. «Интересно наблюдать разницу в подходе при выборе животного между нашими соотечественниками и иностранцами, — говорит Ася Вильгельмовна. — Украинцы предпочитают брать молодую собаку и использовать ее в хозяйстве: для охраны, реже — для охоты. Иностранцы же стараются взять пожилое животное, чтобы гарантировать ему после перенесенных невзгод хотя бы спокойную старость в заботливой семье. В Украине вообще редко забирают животных. А вот, например, в похожем заведении в Варшаве за месяц находят новых владельцев столько же собак, сколько появляется в приюте. У нас считается хорошим показателем, если удается пристроить хотя бы тридцать процентов собак. Многие так и умерли в Гостомеле, не найдя хозяина».

В приют редко попадают породистые собаки, а если и появляются, то задерживаются здесь ненадолго. Одному ретриверу нашли новых хозяев буквально за сутки.

«А как-то к нам привезли умирать девятилетнего ньюфаундленда Джесси, — вспоминает Ася Вильгельмовна. — Его хозяева буквально поставили руководство приюта перед выбором: либо пес остается здесь, либо его везут усыплять. Животное с хроническим двусторонним отитом и глаукомой нуждалось в ежедневном уходе, обеспечить который в условиях приюта было трудно. Но за собакой взялись смотреть члены неформального клуба любителей ньюфаундлендов — в Киеве не так уж много владельцев собак этой породы, почти все знакомы между собой. Эти люди не только оплатили лечение и уход за собакой, но и взяли ее к себе, а потом нашли хозяина. И, несмотря на преклонный для собаки возраст, Джесси даже участвовал в выставке в классе «собак-ветеранов».

В 1960 году поэт Максим Рыльский создал и возглавил секцию защиты животных при тогдашнем Республиканском обществе охраны природы. Он даже отдал свою дачу под приют для бездомных собак. Ася Серпинская говорит, что продолжает дело, начатое Рыльским. Нелегкий период для защитников животных пришелся на девяностые годы — не было ни денег, ни помещений. Кроме того, дискредитировало себя предыдущее руководство общества, дав добро на закрытие приюта, находившегося тогда на Татарке. Перелом произошел в 1999 году: активисты за свои средства (чуть больше десяти тысяч долларов) купили разрушенный коровник, перекрыли в нем крышу, установили печки, построили будки и вольеры. И начали работать.

Кошачье царство

Если восемьсот собак большую часть времени проводят на свежем воздухе, то в сравнительно теплом помещении внутри бывшего коровника на старых диванах расположились коты и кошки — всего их в приюте около сотни. От своих врагов — собак — они отгорожены окнами и сетками, двойными дверями. Только одному очень лохматому белому псу позволяется заходить в это отделение. Когда-то, говорят, у него были хозяева, и жил он в квартире с несколькими кошками. Так что, попав в приют, пес с самого начала демонстрировал благосклонность к котам. Сейчас в бывшем коровнике холодно, и кошки постоянно лежат, стараясь беречь тепло (сотрудники приюта отдали им свои старые шубы). А летом, говорят, здесь открываются окна, и десятки котов, словно птицы, рассаживаются на ветках деревьев.

«Кошки, — рассказывает руководитель приюта, — не настолько уязвимы перед городской жизнью, как собаки. В городских условиях у них есть теплые места, в которых можно укрыться, есть и люди, готовые их накормить. В странах Европы этих животных рассматривают как часть экологии мегаполиса, муниципалитеты выделяют для них бесплатную еду. Правда, там нет и такого явления, как потомственно бездомные собаки, которое для нас вещь обыденная. Впрочем, если у собаки в нашем приюте еще есть какой-то шанс найти хозяина, то большинство кошек, скорее всего, останутся у нас до конца своих дней. Зачем ехать за ними в Гостомель, если котят предлагают бесплатно во многих киевских подземных переходах?».

Простая арифметика

По словам Аси Серпинской, местные жители поначалу относились к приюту с подозрением. По городу даже поползли слухи, что здесь собак убивают, варят мыло... Сейчас таких глупостей уже никто не говорит, а предприятия Гостомеля начали активно помогать кто чем может: соседняя лесопилка выручает стружкой и дровами, из магазинов приносят продукты, срок годности которых на исходе. Но все равно здесь вечно чего-то не хватает, тем более что и поголовье обитателей приюта неуклонно растет. Новых собак уже негде размещать, они спят в обычных картонных коробках.

«Сегодня мы тратим на приют 25–30 тыс. грн. в месяц и содержим восемьсот собак. В то же время на подобные государственные структуры расходуется от 6 до 9 млн. бюджетных гривен в год, хотя количество собак там, как правило, меньше. Вот и считайте, — говорит Ася Вильгельмовна, — какая форма работы с бездомными животными выгоднее. Арифметика очень простая».

Текст: Николай Полищук
Фото: Александр Воскресенский
Weekly.ua

Адрес статьи в Интернет: http://weekly.ua/pulse/megapolis/2012/02/17/140953.html

Вернуться